Типы северных и центрально-русских колоколен

......Такие относительно примитивные сооружения для подвешивания колоколов устраивались в течение очень долгого периода времени — об этом свидетельствуют своими рисунками Олеарий и Мейерберг, путешествовавшие по Московскому государству в XVII веке, а также усть-паденгская звонница. Однако, наравне с подобными козлами и звонницами строились в это время и колокольни, первоначальное время появления которых с точностью установить трудно. Более или менее широкое распространение колокола получили у нас в XV в.; к этому же времени надо отнести и появление деревянных, квадратных в плане, колоколен, так как упоминания о восьмигранных колокольнях встречаются в летописях в начале XVII века; так, например, в летописи вологодского собора под 1621 годом сказано: «рубить колокольню о восьми стенах», то есть говорится как о типе вполне известном. Отсюда можно вывести заключение, что в начале XVII века наши плотники окончательно освоились с этим типом сооружений, исходной точкой для которого им могли послужить крепостные башни и восьмигранные церкви. Что же касается колоколен с квадратным планом, то они, как сооружения менее сложные, могли, таким образом, возникнуть и ранее, то есть в XV столетии. При этом следует заметить, что колокольни (в полном смысле этого слова, а не звонницы) появились сначала в виде отдельно стоящих сооружений и только во второй половине XVII века делаются первые попытки связать колокольню в одно целое с храмом. Это явление можно объяснить тем, что к тому времени, когда колокола окончательно утвердились в нашем церковном обиходе и размеры их стали значительными, к этому времени успели также вылиться в окончательно сложившуюся форму и типы наших древних деревянных храмов. Не рискуя нарушать установившихся архитектурных традиций, наши плотники вышли из этого затруднения тем путем, что стали трактовать колокольни как самостоятельные сооружения, располагавшиеся или с юго-восточной стороны храма, или с северо-западной.
 
Следующей ступенью развития сооружений для колоколов после звонницы в Усть-Паденге является весьма интересное сооружение в Кимже Мезенского уезда, Архангельской губернии, построенное в 1763 г. и являющееся образчиком тех колокольниц «о пяти столбах», упоминания о которых часто встречаются в старинных церковных описях (рис. 169). Как и в предыдущем случае, основу колокольницы составляют четыре столба, но здесь они образуют не призму, а усеченную, с квадратным основанием, пирамиду; такая форма, очевидно, придана сооружению для большей его устойчивости. С той же целью центральную ось всего сооружения занимает высокий столб, нижний конец которого зарыт в землю, а верхний служит опорой для креста, луковичной главки на круглой шее и для восьмигранного шатра с широкой полицеи, покоящейся на трех брусчатых венцах, нарубленных на верхние торцы угловых стоек. Между нижним из этих венцов и дополнительной тесовой рамой помещена декоративная решетка из тоненьких брусков, служащая грациозным переходом от глухой массы шатра к сквозной пирамиде самой колокольницы. Вокруг нижнего помоста последней уцелел только поручень ограждения, а у верхнего, находившегося непосредственно под колоколами  (теперь колокола перенесены на новую колокольню), сохранились еще тесовые резные балясы. Между первым и вторым помостом видна лестница (стремянка); такая же лестница, очевидно, существовала также между первым помостом и землей. Когда время еще не унесло многих частей кимженской колокольницы, она должна была производить очень художественное впечатление, в особенности, ее крытый лемехом верх, несмотря на то, что восьмигранная форма шатра не совсем архитектурно вяжется с квадратной формой основания колокольницы. Такого же типа колокольницы делались также «о девяти столбах», из которых восемь располагались в вершинах углов и по серединам сторон квадрата, а девятый утверждался в центре плана. Такое количество столбов обуславливало гораздо большую устойчивость сооружения, так как при загнивании одного из столбов колокольница еще не грозила обрушением, тогда как при пяти столбах оно было неизбежно. Примером такой девятистолбной конструкции является колокольница в погосте Ракулах Шенкурского уезда, Архангельской губернии (рис. 170), построенная в конце XVII или в начале XVIII в. Каркас колокольницы выше уровня верхнего помоста закрыт пирамидальным срубом, во-первых, предохраняющим его от загнивания и, во-вторых, придающим сооружению еще большую устойчивость. Верх колокольницы гораздо живописнее, чем в предыдущем памятнике: середину образует стройный восьмигранный шатер, увенчанный изящной луковичной главкой и стройным крестом, а по сторонам его высятся четыре четырехгранных шатрика, отвечающих квадратному плану колокольницы. Под шейками всех главок сделаны полицы - словно кружевные воротники, а под решеткой «звона»* прилажены тесины, вырезанные в виде висячих полуциркульных арочек. В настоящее время ракульская колокольница уже не имеет первоначального вида - в 80-х гг. прошлого столетия ее изуродовали безобразной тесовой обшивкой, причем не пощадили прелестных деталей ее «звона». Описанная колокольница представляет собой как бы соединительное звено между более или менее примитивными сооружениями для подвешивания колоколов и окончательно сложившимися типами сооружений этого рода, которые могут быть уже в полном смысле слова названы колокольнями, или «колокольницами», как их называют у нас на севере, и которые сохранились там в большом числе, хотя и в полуразрушенном виде. В центральных губерниях деревянных колоколен уцелело сравнительно мало, так как там они относительно быстро были вытеснены каменными.
 
* «Звон» — верхняя часть колокольни, где висят колокола.
 
Рис. 169. Звонница в Кимже. Фото Ф. Калинина. Типы северных и центрально-русских колоколен. Русское деревянное зодчество. Михаил Красовский Рис. 170. Колоколъница в Раку лох. По В. Суслову. Типы северных и центрально-русских колоколен. Русское деревянное зодчество. Михаил Красовский Рис. 171. Колокольня вЦывозере. Фото И. Билибина. Типы северных и центрально-русских колоколен. Русское деревянное зодчество. Михаил Красовский
Если колокольницы такого типа, как ракульская, являются достаточно устойчивыми сооружениями, то еще более удачной конструкцией с этой точки зрения, следует признать у таких колоколен, у которых наружные восемь столбов каркаса расположены не по контуру квадрата, а по восьмиграннику, девятый же, как и в предыдущих случаях, занимает центр плана. Во всяком случае, восьмигранные колокольни подвергаются значительно меньшей опасности быть опрокинутыми ветром, нежели квадратные в плане, почему, вероятно, большинство северных колоколен имеют именно восьмигранную форму. Образцом наиболее простых по формам колоколен такого типа может служить колокольня в Цывозере Сольвычегодского уезда, Вологодской губернии, построенная в XVII веке и имеющая восьмигранную (призматическую) форму от самого основания до звона (рис. 171). Над резными вершинами восьми столбов ее каркаса нарублен карниз «повалом», прикрытый широкой полицей, поверх которой высятся восьмигранный шатер, шейка, луковичная маковица и крест. Сруб этой колокольни рублен с остатком, как это, по-видимому, обычно практиковалось на севере, тогда как в центральной Руси предпочитали рубить колокольни в лапу, насколько об этом можно судить по громадной колокольне Спаса на Рене Весьегонского уезда, Тверской губернии, построенной приблизительно одновременно с цывозерской колокольней*.
 
* Переход от шатра ко главке этой колокольни сделан, очевидно, позднее — в XVIII веке.
 
Рис. 172. Колокольня церкви Спаса на Репе. Фото И. Билибина. Типы северных и центрально-русских колоколен. Русское деревянное зодчество. Михаил Красовский Рис. 173. Колокольня Нижне-Уфтюгского погоста. По В. Суслову. Типы северных и центрально-русских колоколен. Русское деревянное зодчество. Михаил Красовский
Рис. 173. Колокольня Нижне-Уфтюгского погоста. По В. Суслову. Типы северных и центрально-русских колоколен. Русское деревянное зодчество. Михаил Красовский
 
Другое отличие спасской колокольни от цывозерской заключается в том, что каркас ее образуют не девять столбов, как в последней, а семнадцать (рис. 172); такое количество столбов применялось также и на севере, примером чего служит колокольня на Нижне-Уфтюгском погосте Мезенского уезда, Архангельской губернии, построенная в XVII веке (рис. 173).
 
Врытые в землю низы столбов каркаса всех рассмотренных нами звонниц и колоколен загнивали, вероятно, довольно часто, что повлекло за собой применение несколько иной конструкции, а именно: в нижнюю треть сруба стали врубать из стены в стену балки («переводы»), на которых уже утверждался каркас колокольни. С течением времени сруб колоколен до той высоты, где в него врубались концы этих балок, стали делать квадратным в плане, а выше их — восьмигранным, что, если не в действительности, то по внешности придавало колокольням еще большую устойчивость. Таким образом сложился самый распространенный на севере тип колоколен (рис. 174), состоявших из нижнего квадратного сруба, над которым возвышался сруб восьмигранный; этот сруб составлял как бы одежду каркаса колокольни, образованного восемью или шестнадцатью столбами, вертикальными или слегка наклоненными к оси, представлявшей собой длинное бревно, проходившее сквозь всю колокольню и заканчивавшееся вверху крестом. На вершины столбов, поднимавшихся аршина на 2—3 выше сруба, нарубался венчатый карниз, сделанный «повалом» или «с пропусками»; не закрытые срубом верхи столбов обделывались иногда в виде колонок, между которыми вверху звона вставлялись особые доски, вырезанные в виде арочек; доски эти служили, с одной стороны, как украшение, а с другой - предупреждали расшатывание столбов колокольни. Лестница к звону устраивалась обыкновенно внутри, но иногда ее нижнюю часть делали снаружи, об одном или двух рундуках, и располагали ее или перпендикулярно к стене колокольни или параллельно ей. Над повалами сруба и карниза делались полицы, концы досок которых украшались порезкой; в большинстве случаев полица устраивалась также под шейкой главки (рис. 174). Шатер крылся тесом, иногда также с вырезными концами, как, например, у колокольни погоста Тихвин-Бора Олонецкой губернии (рис. 175), а шейка и луковичная главка всегда крылись лемехом (рис. 176).
 
Рис. 174. Типы северных и центрально-русских колоколен. Русское деревянное зодчество. Михаил Красовский Рис. 175. Колокольня села Тихвин-Бора. Фото Ф. Каликина. Типы северных и центрально-русских колоколен. Русское деревянное зодчество. Михаил Красовский
Рис. 176. Колокольня села Шелтопорла. Фото Ф. Каликина. Типы северных и центрально-русских колоколен. Русское деревянное зодчество. Михаил Красовский Рис. 177. Колокольня Мезенского уезда. Фото Ф. Каликина. Типы северных и центрально-русских колоколен. Русское деревянное зодчество. Михаил Красовский
Рис. 178. Колокольня Кожского погоста. По В. Суслову. Типы северных и центрально-русских колоколен. Русское деревянное зодчество. Михаил Красовский Рис. 180. Колокольня в Кижах. Фото Ф. Каликина. Типы северных и центрально-русских колоколен. Русское деревянное зодчество. Михаил Красовский
Рис. 179. Колокольня в Унежме. По В. Суслову. Типы северных и центрально-русских колоколен. Русское деревянное зодчество. Михаил Красовский
 
Рассмотренный тип колоколен, оставаясь с конструктивной стороны неизменным, видоизменялся, конечно, в отношении пропорций, причем главным образом варьировалась нижняя часть колоколен, то есть высота их квадратных срубов, которые с течением времени рубились все выше и выше, пока, наконец, высота их не стала равняться половине всей высоты от основания колокольни до звона. Так, например, у одной из колоколен Мезенского уезда Архангельской губернии (рис. 177) квадратный в плане сруб только превышает рост человека, а у колокольни Кожского (Онежского уезда, Архангельской губернии) погоста (рис. 178), построенной в
 
1695 году, он уже равняется половине высоты сруба. Верхи обеих колоколен перестроены в XVIII веке, поэтому вместо шатров они покрыты куполками с высокими шпилями. В кожской колокольне, а также в колокольне села Унежмы (Онежского уезда, Архангельской губернии) (рис. 179) особенно интересны кокошники (бочки), покрывающие выступы квадратного сруба и применявшиеся, по-видимому, довольно часто, о чем можно судить по иконе св. Александра Свирского, на которой изображена колокольня совершенно такого же типа и с такими же бочками над выступами четверика (рис. 63).
 
Наконец, у колоколен в селе Унеже и в селе Кижи (Петрозаводского уезда, Олонецкой губернии, построена в начале XVIII века) (рис. 180) высота нижнего сруба (четверика) значительно больше высоты верхнего сруба (восьмерика), вследствие чего колокольня получила своеобразный силуэт, сильно отличающий ее от колоколен, у которых весь сруб сделан восьмериком.
 
 

Источник: http://wood.totalarch.com/node/11

Добавить комментарий

CAPTCHA
Подтвердите, что вы не спамер